Заголовки

Израиль официально признал геноцид армян

28 июня 2026 года правительство Израиля единогласно одобрило официальное признание геноцида армян в Османской империи, сообщили The Jerusalem Post и Ynet. Инициатором решения выступил министр иностранных дел страны Гидеон Саар, ранее внесший соответствующее предложение. После голосования в кабинете министров он заявил: «Никогда не поздно поступить правильно. На мой взгляд, наш моральный долг как евреев и, безусловно, как государства еврейского народа — принять решение, которое мы одобрили сегодня».

В принятой резолюции сказано, что Израиль «на основе морального и исторического долга» квалифицирует уничтожение армянского народа в последние годы существования Османской империи как геноцид. В документе также содержится призыв осуждать любое отрицание, преуменьшение или искажение исторической правды об этих событиях. Следующим этапом должно стать пленарное голосование в Кнессете — израильском парламенте.

Объявляя о внесении резолюции, Саар написал в X: «Признание геноцида, совершенного против армянского народа в последние годы Османской империи, — это одновременно моральный и исторический долг. Мы должны также решительно осуждать любое отрицание, преуменьшение или искажение исторической правды». В официальном заявлении МИД Израиля добавил, что, несмотря на обширную документацию, геноцид стал объектом «институционализированной кампании отрицания и преуменьшения», осуществляемой прежде всего Турцией.

Как отмечает The Jerusalem Post, к 2026 году геноцид армян официально признали 32 государства — члена ООН, в том числе США, Канада, Россия и Германия. Кроме того, его признали Святой престол и Европейский парламент.

Речь идет о событиях 1915—1923 годов, когда в Османской империи систематически уничтожали армянское население. Началом массовых убийств считается 24 апреля 1915 года, когда в Константинополе — современном Стамбуле — были арестованы сотни армянских интеллектуалов и общественных деятелей, после чего их депортировали. Мужчин отправляли на принудительные работы, откуда большинство не возвращалось, а женщин, детей и стариков гнали «маршами смерти» к сирийской пустыне. По различным оценкам, жертвами стали около 1,5 млн армян, а многовековое культурное и историческое наследие армянского народа в Анатолии было уничтожено. Турция до сих пор отрицает, что эти события следует квалифицировать как геноцид.

На протяжении десятилетий Израиль избегал официального признания геноцида армян. Во многом это объяснялось тем, что Турция долгое время оставалась для него важным торговым и стратегическим партнером. Дополнительным фактором была позиция Азербайджана: он является стратегическим партнером и Израиля, и Турции, граничит с Ираном, имеет тесные оружейные связи с Иерусалимом и выступал против признания геноцида.

Внутри самого Израиля также долго не было единой позиции по этому вопросу. В 2001 году тогдашний глава МИД Шимон Перес отверг «армянские обвинения», заявив: «Ничего похожего на холокост не произошло. То, через что прошли армяне, — это трагедия, но не геноцид». При этом еще годом ранее министр образования Йосси Сарид сообщил о планах включить эту тему в школьную программу. В 2011 году депутат Кнессета Арье Элдад внес законопроект об объявлении 24 апреля Днем памяти жертв геноцида армян.

В 2016 году парламентский комитет признал эти события геноцидом. Однако в 2018-м голосование было отменено из-за отсутствия коалиционной поддержки, в том числе со стороны тогдашнего правительства Биньямина Нетаньяху, которое опасалось осложнений в отношениях с Анкарой.

Спустя несколько лет, в августе 2025 года, Нетаньяху впервые лично высказался о признании геноцида армян. В интервью Патрику Бет-Дэвиду в подкасте PBD на вопрос, почему Израиль не признает геноцид армян, премьер ответил: «Думаю, мы его признали. Думаю, Кнессет принял соответствующую резолюцию», хотя на тот момент такого закона принято не было. Когда Бет-Дэвид спросил, почему ни один израильский премьер-министр официально этого не сделал, Нетаньяху сказал: «Я только что это сделал. Пожалуйста».

При этом его слова отражали личную позицию, а не государственное решение, поэтому юридических последствий они не имели.